Савва Рагузинский — «ледокол» культурных перемен в Бурятии

Первый месяц лета 2018 ознаменовалась важным событием – в Кяхте был установлен памятник выдающемуся дипломату, графу Савве Рагузинскому. В истории и Бурятии и России этот сподвижник Петра I оставил очень важный след. Именно этот человек делил с Китаем земли Сибири, именно он юридически закрепил успехи множества землепроходцев, расширявших земли российского государства. А ещё он основал Троицкосавский острог, ныне – пограничный город Кяхта. В общем, Савва Рагузинский – очень важная историческая фигура, имеющая и республиканский, и федеральный масштаб. И то, что приграничный город Кяхта украсился его памятником в полный рост – безусловно, очень важная веха в жизни Бурятии.

Памятник Савве Рагузинскому. Фото — Алексей Сватов.

Но какие можно сделать выводы, если взглянуть на это событие сквозь призму общественно-политических явлений? Как я ранее уже говорил, установка этого памятника продолжила тенденцию последних двух лет, когда в Бурятии стали поворачиваться лицом к русской дореволюционной истории.

Мемориальная доска Федору Головину

В период 2016-2017 годов в Улан-Удэ стараниями «Общества русской культуры РБ» была увековечена целая плеяда деятелей досоветского периода. Одна за другой появились мемориальные доски георгиевским кавалерам Верхнеудинского казачьего полка, основателям Удинского зимовья Гавриле Ловцову и Осипу Васильеву, строителю Удинского острога, воеводе и дипломату Фёдору Головину, последнему русскому имератору Николаю Второму, выдающимся горожанам Верхнеудинска Николаю Бурлакову и Михаилу Танскому. А в Селенгинском районе был установлен мемориал ссыльному украинскому гетману Демьяну Многогрешному, разгромившему монголов в Убиенной пади.

Мемориальная доска Демьяну Мнгогрешному

К сожалению, пока «подвис» старый, но актуальный вопрос об установке памятника вышеупомянутым Ловцову и Васильеву, первопроходцам, считающимися основателями Улан-Удэ. Ведь Удинское зимовьё стало основой Удинского острога, позже ставшего Верхнеудинском, и в итоге – современным Улан-Удэ. Идея поставить им скульптурный мемориал была выдвинута ещё в 1992 году, но пока приходится довольствоваться лишь поклонным крестом с мемориальной доской. Но об этом поговорим чуть позже.

Один из ранних эскизов памятника основателям Улан-Удэ

Отметим успехи лидера «Общества русской культуры РБ» Анатолия Кулёва. Его стараниями всего за два года чуть ли ни весь Улан-Удэ оказался увешан мемориальными досками. Чем, спрашивается, занимался все десять лет своего существования «Русский культурный центр», возглавляемый сверхосторожным Олегом Соболевым? Складывается впечатление, что РКЦ превратился в «виртуальное» объединение, раз в год имитирующее бурную деятельность в «каппелевских» переходах через Байкал.

Нет особых успехов и у казаков под руководством Бориса Бородина – их памятник казакам-героям остался лишь на бумаге.

Мемориальная доска основателям Улан-Удэ

Но вернёмся к памятнику Савве Рагузинскому. Его установка стала успехом русской общественности Бурятии и важной вехой в деле популяризации в республике русской истории. Ледокол проломил сопротивление и медленно но верно набирает обороты.

Мемориал основателям Улан-Удэ

Приходится признать, до недавних пор в Улан-Удэ «имперский» период истории края был словно под негласным запретом. Что-то знали только историки и краеведы, но щироким массам имена тех же Ловцова с Васильевым или Головина и Рагузинского были практически неизвестны. Думается, это была инерция советских порядков, когда дореволюционная история была, мягко говоря, не в чести. Но могла сыграть роль и, скажем так, предвзятость определённых кругов республиканской интеллигенции. Можно вспомнить, какое ожесточённое сопротивление встретила инициатива поставить памятник Ловцову и Васильеву. В газетах публиковали агрессивные статьи, призывавшие русских покаяться за «имперские амбиции», называвшие основателей Улан-Удэ «жестокими злодеями». Представители «творческой интеллигенции» строчили протестные письма и закатывали безобразные скандалы на конференциях. Противники памятника похвалялись, что взяли обещание не допустить установки аж у экс-главы республики Вячеслава Наговицына. (Причём сам Наговицын, перестав быть главой, на вопрос об этом отвечал уклончиво). Хотя кучка агрессивной интеллигенции едва ли выражает мнение всего народа, но каждый из них создавал шум за сотню человек. При таких обстоятельствах немудрено, что вопрос установки памятника буксует почти тридцать лет.

Мемориал казакам-героям Верхнеудинского полка

Отмечу, по некоторым сведениям, за спиной противников памятника стоял Геннадий Айдаев, в ту пору ещё бывший мэром. Якобы мемориал казакам не вписывался в его намерение украсить город грандиозными скульптурами в этномифологической стилистике. К слову, когда весь Улан-Удэ утыкали изваяниями птиц и коней, никто не устраивал по этому поводу общественных слушаний, круглых столов. Но по поводу памятника основателям города Айдаев вдруг решил провести публичную дискуссию, где участвовали уже «заряженные» противники этого мемориала, устроившие мерзкую склоку. Есть подозрение, что это было сделано специально – чтобы не допустить установки памятника под предлогом угрозы социальной напряженности.

Однако, как можно видеть, многочисленные мемориалы историческим деятелям эпохи освоения Сибири, появившиеся в Бурятии за последние годы, никакой напряжённости не породили. Лишь на просторах Интернета раздаётся злобное шипение, но это либо известные экстремисты-русофобы, либо явно забугорные «тролли». Так что враждебность к памятнику Ловцову и Васильеву и другим мемориалам, против которых выступала кучка национально озабоченной интеллигенции, явно накручивалась искусственно.

Тем не менее, поднятая противниками истерия дала результат — даже после свержения Айдаева власть имущие долгое время осторожничали с вопросом памятника.

Экс-мэр Улан-Удэ Геннадий Айдаев самодовольненько  торжествует

Что касается самого Геннадия Айдаева, его скульптуры в виде коней и птиц стали предметом глумления горожан. Один общественник метко назвал их «архитектурной зоофилией». К счастью, Айдаев слетел с трона градоначальника, обманутый сподвижниками как игрок в «напёрстки». И попытки вернуться в политику с треском провалил. Но сейчас политический труп вдруг подал признаки жизни, протягивая когтистые руки к Народному Хуралу. Но будем надеяться, что политическая некромантия не даст результатов, и по округу №20 Айдаев пролетит как фанера над Парижем. Лично я буду просто молиться, чтобы экс-мэр на хуральских выборах потерпел неудачу.

Мемориальная доска Государю Императору Николаю II

А новому мэру Улан-Удэ, при всех его оплошностях я готов очень многое простить уже за то, что он инициировал раскопки на месте Удинского острога. Напомню, в 2016 году там раскопали фрагмент крепостной стены и захоронение. К сожалению, раскопанная степа подвергается внешним воздействиям и может быть разрушена окончательно.

Фрагмент стены Удинского острога

Увы, памятники эпохи «Сибирского Фронтира» встретили агрессивное сопротивление кучки баламутов. Даже мемориальную доску Николая Второму очень долго не хотели устанавливать под разными предлогами. Но в итоге эта мемориальная доска стоит на здании музея истории города, установлена и доска Ловцову и Васильеву, Фёдору Головину. А теперь увековечен и Савва Рагузинский – пятый в мире мемориал, причём выполненный ростовой скульптурой, а не бюстом. Думается, рано или поздно в Улан-Удэ появится полноценный мемориал Гавриле Ловцову и Осипу Васильеву. То, что этого памятника до сих пор нет – явная недоработка и республиканских, и муниципальных властей.

Алексей Цыденов на открытии памятника Савве Рагузинскому. Фото — Алексей Сватов.

К счастью, здоровые силы поддерживают установку памятника основателям Улан-Удэ. Можно напомнить, что глава Бурятии Алексей Цыденов, едва приступив к обязанностям в республике, дал понять, что поддерживает идею установки памятника Ловцову и Васильеву, хотя это и задача муниципального уровня. Глава республики присутствовал и на открытии памятника Савве Рагузинскому. А мэр Александр Голков и глава комитета правительства по национальным отношениям Михаил Харитонов выступали с торжественными речами на открытии мемориальных досок.

Мэр Улан-Удэ на открытии мемориальной доски казакам Верхнеудинского полка

Можно вспомнить театрализованные представления, изображавшие прибытие на Уду Ловцова и Васильева, или визит в Верхнеудинск Николая Второго, устроенные мэрией Улан-Удэ на юбилей города в 2016 году.

Театрализованное представление прибытия основателей Удинского зимовья

Мемориал Ловцову и Васильеву одобряет и лидер бурятского ЛДПР Сергей Дорош, считающий, что они оставили значимый след в истории Бурятии, и памятник им был бы прекрасным дополнением для Улан-Удэ.

Можно добавить, что новый министр культуры Бурятии Соелма Дагаева, выступая 26 июня в общественной палате, выразила обеспокоенность недостаточной популяризацией в Бурятии русской истории края. По её словам, Русскому драматическому театру в Улан-Удэ уже поставлена задача подготовить постановку, героем которой станет протопоп Аввакум. Так что позитивные тенденции налицо, процесс сдвинулся.

Памятник Савве Рагузинскому. Алексей Сватов

В заключение, ещё раз скажу, что памятник Савве Рагузинскому стал значительным шагом. Впервые деятелю эпохи освоения Сибири в Бурятии поставлен полноценный скульптурный памятник, а не мемориальная доска или закладной камень. Следующим должен стать памятник основателям Улан-Удэ.

One Reply to “Савва Рагузинский — «ледокол» культурных перемен в Бурятии”

  1. certainly like your web-site however you have to check the spelling on quite a few of your posts. A number of them are rife with spelling issues and I in finding it very troublesome to inform the truth nevertheless I will certainly come again again.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *