Успешный рейд казаков Бурятии в Русско-Японскую

В мае 2021 года исполнилось 116 лет со времён эпизода Русско-Японской войны, в котором участвовали забайкальские казаки, уроженцы территории современной Бурятии. Хотя та война была не самой славной страницей истории России, но и в ней были успешные эпизоды, такие как набег на Факумынь в 1905 году в начале мая.

Забайкальские казаки, служившие в 1-м и 2-м Верхнеудинских казачьих полках, 1-й и 2-й Забайкальских казачьих батареях доблестно воевали всю Русско-Японскую, занимаясь разведкой, охраной флангов армий, совершая глубинные рейды в тылы японцев. Несколько формирований забайкальского казачества образовывали Забайкальскую казачью бригаду под командованием генерал-адъютанта Павла Ивановича Мищенко. Позже на её основе была создана Урало-Забайкальская сводная казачья дивизия. Другая групп забайкальских казаков была объединена в Забайкальскую казачью дивизию под командованием генерал-майора Павла Карловича Ренненкампфа.

Набег на Факумынь произошёл спустя два месяца после проигранного русской армией Мукденского сражения. На фронте тогда установилось некоторое затишье, хотя казаки не прекращали диверсионные вылазки. В начале мая отряд Мищенко получил приказ совершить набег в тыл японцев до населённого пункта Факумынь, подобно не очень удачному февральскому рейду на Инкоу.

«Задача отряду — истребление неприятельских складов и транспортов и порча путей подвоза, в особенности Синминтинской железной дороги. Но в день выступления пришла телеграмма — Синминтинскую железную дорогу считать нейтральной и ее не трогать… Нас поразила такая щепетильность в соблюдении нейтралитета Собственного Китая, когда японцы пользовались давно дорогой Инкоу-Синментин, а после Мукдена она стала главной питательной артерией западной группы японских армий…», — вспоминал начальник штаба казачьей дивизии Антон Деникин. Тот самый, впоследствии легендарный генерал Гражданской.

Отряд Мищенко выступил 4 мая, имея 45 казачьих сотен при шести орудиях. За четыре дня удалось углубиться на 170 километров на территорию, занятую японцами, дойдя до реки Ляохе и предместий Синминтина. В первый же день рейда, 4 мая, боковой авангард был обстрелян японцами у деревни Чаубаопы. Это было в окрестностях города Кейпчин, где стояла японская 7-я пехотная дивизия. Восемь казаков было ранено.

—Раненых вынесли, конечно? — спрашивает Мищенко.

— Невозможно, Ваше превосходительство, в 150 шагах от японской стенки лежат.

— Чтоб я этого «невозможно» не слышал, господа!

Поскакали туда еще 2 сотни, спешились и вступили в бой, но безрезультатно. Тогда выскочил из цепи сотник Чуприна с несколькими казаками, бросился вперед, потерял еще одного убитым и 4 ранеными, и всех вынес! Доблестный офицер этот через два дня был убит», — вспоминал этот бой Антон Деникин.

Он отмечает, для казаков-забайкальцев попасть в плен считалось бесчестьем, поэтому они шли на всё, чтоб избежать пленения, и не уберечь от него товарищей.

Следующие три дня продолжались мелкие стычки, погромы казаками мелких обозов и складов. Когда отряд дошёл до Ляохе, обнаружилось, что на главной коммуникации Симинтин-Факумынь уже нет движения, японцы перенесли линию подвоза вглубь, за реку. Тогда Мищенко направил туда 1-й Читинский полк, который обнаружил большой японский обоз, растянувшийся на 7 км. Уничтожив охрану, казаки сожгли все повозки.

При дальнейшем продвижении случился новый бой у деревни Цинсяйпао, где окопались две японские роты с пулемётами. Её атаковали две сотни казаков, хорунжий 1-й Забайкальской батареи Е.Б. Арцишевский выдвинул два орудия на 600 шагов к деревне, и начал обстрел шрапнелью. Не выдержав огня, японцы стали отходить, и тогда несколько казачьих сотен ворвались в деревню и начали рубить отступавших японцев. По воспоминаниям Деникина, в атаку бросились даже штабные. Спустя два часа боя две роты японцев были уничтожены.

«В плен попало только 60 человек. Один японский офицер застрелился на наших глазах, другой, покушаясь на самоубийство, изрезал себе сильно горло, двум раздробила головы шрапнель. Японские роты дрались храбро и погибли честно. Казаки подобрали своих раненых и японских. Последних оставили в деревне, вместе с персоналом отбитого раньше японского госпиталя; снабдили медикаментами и повозками. Хмурые, бесстрастные толпились раненые японцы вокруг своих повозок, не понимая еще, что их отпускают к своим. А рядом невдалеке уральцы хоронили своих убитых, которых отпевал казак — старообрядческий начетчик…», — писал Деникин.

Следующие бои были в деревнях Донсиза и Тасятунь, где казаки взяли в плен 135 японских солдат и четырёх офицеров, захватили два пулемёта. В бою под Тасятунью снова отличился хорунжий Арцишевский, точными выстрелами из пушки уничтоживший японские пулемётные расчёты. За это его наградили Георгиевским крестом 4-й степени.

Не обнаружив признаков наступления японцев и нанеся ущерб коммуникациям у Факумыня, Павел Мищенко счёл задание выполненным, и отряд начал возвращаться. По итогам «майского набега» было уничтожено 800 повозок с ценными припасами, разгромлены две транспортные дороги со складами и телеграфными линиями, захвачено 200 лошадей, взято в плен 229 солдат и 5 офицеров, убито около 500 противников, выявлено расположение трёх японских дивизий. Потери отряда Мищенко составили 187 казаков и 14 офицеров.

Новый главнокомандующий Манчжурской армией генерал от инфантерии Николай Линевич прислал поздравительную телеграмму, где обещал сообщить об успехе Николаю II.

Набег на Факумынь оказался успешным, в отличие от февральского набега на Инкоу, но имел лишь моральное значение. На ход идущей к завершению войны он никакого влияния уже не оказал. А спустя три месяца Русско-Японская завершилась подписанием в Портсмуте мирного договора. Тем не менее, «майский набег» 1905 года стал славной страницей в истории забайкальского казачества, к сожалению, в наше время не очень известной.

Для «МК в Бурятии»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *